Новости

04.08.2017
Муниципальные выборы
10 сентября 2017 г. будут проходить выборы в Депутаты Совета Депутатов муниципальных ?округов, в том числе в Лианозово по многомандатным избирательным округам №1, №2, №3.
06.05.2017
Переработанный вариант поправок в Устав
Правление выражает благодарность всем, кто принял активное участие в обсуждении предложенных изменений в Устав. Все замечания, предложения были учтены.
19.04.2017
Проект межевания квартала завершен
Разработка «Проекта межевания квартала, ограниченного МКАД, ул. Громова, ул.Леваневского, ул.Кренкеля, Зональной улицей», в границах которого расположена территория ДСК им. Ларина завершена.
04.07.2014
Освещение поселка за счет города
Опубликован отчет правления ДСК о проделанной работе по освещению улиц поселка за счет города.

Историческая справка

O TEMPORA, O MORES!

О ВРЕМЕНА, О НРАВЫ!

                                   (лат.)

 

 

Из истории ДСК им. Ларина.

( по материалам  протоколов общих собраний)

-------------------------------------

Точная дата создания кооператива затерялась в архивных документах и до сих пор служит предметом спора в судах.  Однако, что доподлинно известно, так это то, что первое общее собрание членов ДСК состоялось 1 июля 1931г, и на нём присутствовало 50 человек, являющихся пайщиками Кооператива, который образовал посёлок, и был  назван в честь коммунистического деятеля, Михаила Лурье, псевдонимом которого было имя – Юрий Ларин.

М. Лурье  занимал  ответственные посты в коммунистической иерархии, и его дочь была замужем за  Николаем Бухариным, одним из видных коммунистических деятелей  того времени, позже расстрелянным.

Сам М.Лурье  умер до начала массовых репрессий, таким образом, переименований не было  и название сохранилось до сих пор.

Кооператив несколько раз менял  свой профиль: сначала  дачно-огородный, потом  РЖСКТ «Московский служащий», потом просто дачный, потом Дачно-строительное кооперативное товарищество им. Ларина. Контроль и руководство деятельностью  ДСК осуществляло   кооперативно-жилищное управление Моссовета, позже переименованное в МЖУ. Пресловутая вертикаль власти тогда  была жесткая, можно сказать, железобетонная.

Без МЖУ кооператив не мог ни охнуть, ни вздохнуть. В МЖУ отсылался протокол каждого собрания и МЖУ решало принять его или не принять, утвердить решения собрания или приостановить, принять в члены ДСК или отказать, разрешить или нет переоформление или обмен дач, по каким ставкам разрешить найм и т.д.

Наши предшественники в ДСК жили совсем по другим правилам. Кооператив назывался строительным, потому что именно он возводил те здания, которые еще сохранились на наших участках под названием «старые дома». Индивидуальное строительство было строжайше запрещено. Стройматериалов в продаже, естественно, не  было, они были в большом дефиците и, как это было принято в советское время , распределялись по фондам среди организаций.

Основной задачей ДСК в то время было строительство и ремонт домиков для своих членов. Строительство шло туго, членов ДСК было гораздо больше, чем жилья, и они все делились на «вселенных» и «невселенных». Если сдавался новый домик или по каким-то причинам освобождался уже построенный, должны были заселять очередного члена ДСК из «невселенных» .По замыслу домик состоял из двух блоков и предназначался для двух семей, но практически  людей в домиках было гораздо больше, некоторые имели  всего лишь по 5 метров и были так называемыми сопайщиками.

Продажа домика « на  сторону» категорически запрещалась, но тем не менее люди искали свою выгоду и  хитрили, как могли. На собраниях кипели нешуточные страсти. Жилищный вопрос, как всегда, стоял очень  остро, и скандалов и разбирательств было в избытке.

Земля (как ни трудно в это  поверить) никакой ценности не имела. Многие даже сознательно шли на уменьшение своих участков, т.к. не было сил либо желания их обрабатывать. (А это делать заставляли в обязательном порядке.)

Сдача жилья  в наём расценивалась исключительно по-советски как сделка «с целью наживы». Её пытались запретить, но, поняв  всю бесперспективность силового решения, власти в 60-е годы позволили   сдавать одну комнату с заключением договора и с разрешения административно-хозяйственного сектора «не в целях наживы», а для производства ремонта дачи. Ставки найма устанавливал также МЖУ.

 ДСК было разрешено получать доход от найма за износ инфраструктуры съёмщиками - 30 руб. за проживание и   1-30 за регистрацию каждого «нечлена»  за сезон.

Непонятно почему, но долгие годы боролись с «зимниками», препятствуя им проживать зимой, хотя именно зимой посёлок подвергался вандализму и разграблению. С этой целью было запрещено принимать в члены ДСК лиц, не имеющих жилплощади в Москве. На зиму  пустующие дачи сдавать также не разрешали. Скот  держать было тоже запрещено, хотя в то время это была область, а время было голодное. Тех, кто упорствовал  и тайком держал скот, даже предлагали исключать из членов  ДСК, а с вновь вступивших брали  обязательство не держать коров.

Существовал налог на фруктовые деревья, и по садам ходил фининспектор и пересчитывал их  для определения суммы налога.

Власть, как всегда, ничего не разрешала, а люди, как всегда, эти запреты нарушали. Времена тогда были строгие, с людьми не церемонились.

С  неплательщиками боролись быстро и эффективно, передавали дела в суд на предмет изъятия дач либо в  нотариальные  конторы, которые осуществляли принудительные взыскания.

Вся непростая история страны отразилась в обычных протоколах небольшого ДСК, затерявшегося в Московской области в р-не Лианозово.

Вот самый ранний протокол, дошедший до нас, от 18 декабря 1937г Присутствуют 139 членов  Дачного кооператива, вселенных и невселенных. СЛУШАЛИ: информацию «что в составе членов Дачного Кооператива имеются лица, арестованные органами НКВД, а именно: 1. Солодуб, 2. Муравин, 3.Краснощеков 4. Кругликов, 5.Востриков 6. Чашин , 7.Наумов – которым не место в рядах членов Дачного Кооператива, и которых надо исключать из членов Кооператива, а дачи их передать очередникам  - невселенным членам Кооператива. Кроме того, в составе членов Кооператива имеется  гр. Шарабурин, который в течение нескольких лет не платит ничего в Кооператив, незаконно построил себе вторую дачу, причем  первую продал постороннему гражданину без разрешений Кооператива и игнорирует  Кооператив.

ПОСТАНОВИЛИ: а) Членов Кооператива Солодуба, Муравина, Краснощекова, Кругликова, Вострикова и  Чашина, как изолированных органами НКВД, из членов Кооператива исключить и обратиться в суд на предмет изъятия у них этих дач для передачи их невселенным очередникам членам Кооператива /Принято большинством, против -  1  (нашёлся-таки смельчак!), при 2 воздержавшихся/

 б) Члена Кооператива Шарабурина, как злостного неплательщика в течение нескольких лет, незаконно построившего себе вторую дачу, продав первую со спекулятивной целью, из членов Кооператива исключить и просить суд изъять у него обе дачи и передать их невселенным очередникам членам Кооператива. /Принято единогласно/

 в) Ввиду того, что арестованный Наумов (№ 7) не является членом Кооператива и как осужденный не может быть принят в таковые, вопрос о нём передать на разрешение новому составу Правления.»

Процессы были не только политические, но и чисто уголовные.

СЛУШАЛИ: информацию о том, «что 28.12 с.г. в Горсуде будет слушаться дело по обвинению бывшего Председателя РЖСКТ им. Ларина гр. Керш о незаконном строительстве дач и незаконной передаче права постройки 6 дач Стройконторе Дзержинского района.

ПОСТАНОВИЛИ: Ввиду того, что гр. Керш за время своего руководства Кооперативом довёл Дачный Сектор до развала, сорвал строительство настолько, что за все время, пока он был Председателем Кооператива, для членов Дачного Сектора не была построена ни одна дача, что всю свою деятельность он направил исключительно на постройку личной дачи для себя из материалов Кооператива, - просить Суд допустить на время суда общественного обвинителя от Дачного Кооператива им. Ларина. Одновременно предложить новому составу Правления выделить на суд представителя, который защитил бы права членов Дачного Кооператива на бывшую дачу Керша.»                                                                                          

 

С начала Великой Отечественной войны в посёлке был установлен режим военного времени, организована добровольная пожарная дружина, установлено круглосуточное дежурство  членов ДСК по улицам. Поселок дважды пережил воздушные атаки, а  с октября 41 года жизнь в посёлке замерла по причине массовой эвакуации.  Возвратившись в марте 42г., жители увидели разрушенные и разоренные дома, ряд дач был самовольно заселен неизвестными людьми, выселение которых превратилось в серьёзную проблему.

Одним из источников дохода ДСК было ведение  сельского хозяйства:

в 1944г. заготовили 220 пудов сена, засеяли 8 пудов овса, посадили 3000 кустов помидор и 7000 корней капусты, моркови и др. на площади 1,5 га. Семьям фронтовиков оказывали помощь дровами и овощами. Была провозглашена цель – «рост культурно-зажиточной жизни наших членов кооператива.» (цитата из протокола)

В марте 1953г. на общем собрании ларинцы  почтили светлую память «любимого вождя и учителя  тов. Сталина И.В.» и приступили к решению своих насущных задач. А проблемы были всё те же – дороги, электричество, вода, стройматериалы и т.д.

 Работа строилась таким образом: каждый год на очередном собрании утверждался так называемый «наказ» от членов ДСК правлению с перечнем вопросов, которые   народные избранники должны были до следующего собрания решить. Для этих целей в составе правления были несколько секторов: строительный, сельскохозяйственный, финансовый, дорожный, санитарный и даже культмассовый. Каждый сектор   имел свой актив. Впоследствии сектора реорганизовались и были сектора электроснабжения, водоснабжения, газификации, радиофикации и озеленения. Через год на общем собрании руководитель каждого сектора отчитывался по каждому пункту «наказа». Система  работала хорошо, сразу было видно, кто как работает по отдельности, спрятаться в общей массе за спиною председателя было невозможно.

Судя по протоколам, хуже всех работал культмассовый  сектор, его критиковали каждый год. Но стенгазеты выпускались, спортинвентарь приобретался ,  на общественных началах была организована библиотека, осуществлялись коллективные поездки на пароходе и на водохранилище, кинопередвижка  крутила фильмы. Вечной проблемой было воровство  столбов со спортплощадок, но тем не менее волейбольная и баскетбольная площадки существовали, стоял стол для  настольного  тенниса.

Выращенную сельскохозяйственную продукцию  продавали здесь же в палатке. Это был дополнительный доход ДСК.

Для оказания профессиональной агротехнической   помощи членам ДСК периодически на полгода брали на работу агронома или садовника. Был создан питомник, организована ячейка общества «Сад и огород», читались лекции, централизованно закупались удобрения и ядохимикаты. Именно отсюда пошла строчка о борьбе с вредителями сельского хозяйства и сорняками, кочующая из устава в устав вот уже 80 лет.

Обязательным условием существования ДСК – было повинность по озеленению, за которое строго спрашивал Моссовет. Ежегодно в смету закладывались значительные суммы на озеленение, и каждый житель должен был по разнарядке посадить определенное количество кустов и деревьев, потом их рыхлить, поливать и т.д. Так были озеленены улицы Молокова, Леваневского, Шмидта,  поляна. Сажали клены, березы, ясени, вязы, дубы, липы, кусты жасмина и боярышника.

Именно эти насаждения, заботливо выращенные  нашими предшественниками за несколько десятилетий, были лихо вырублены как сорный бурелом по указанию городских властей для строительства ФОКа и квартала для многодетных.

В качестве  транспортного средства много лет держали лошадь, которая использовалась куда эффективнее нашей «Газели», но часто служила яблоком раздора. Поборники справедливости на собраниях  требовали «равных прав на лошадь для всех членов ДСК» (цитата), но, как видно из протоколов, равенства в лошадином вопросе достигнуть не удалось. Ежегодно существовал отчет по лошади, сколько часов она отработала и сколько съела.. Так, за 1963г. лошадь отработала 2090 часов, это примерно по 6 часов каждый день, без праздников и выходных.  И хотя , как было подсчитано, лошадь давала 15. тыс. руб. прибыли ежегодно и ежегодную экономию по своему содержанию (за счёт недокорма) , вплоть до 1966г. на собраниях бурно обсуждался вопрос о «ликвидации» лошади, а заодно

и конюха с садовником .  Хотя скотина  и являлась социалистической собственностью, но  была стара и больна, и у правления зародился смелый коммерческий проект -  продать старую клячу за 100 руб. и купить новую за 300 руб. Однако управляющему удалось блестяще провести бартерную сделку и обменять старую на новую безвозмездно, сэкономив таким образом сметных 200  руб., о чем с гордостью сообщалось во всех отчётах. (Не всегда управляющие воруют!)

Во время проведения  Всемирного фестиваля молодежи в Москве в 1957г

ДСК представило для участников фестиваля 170 букетов цветов, за что получило благодарность от кооперативного отдела Моссовета.

В 1958г.  местным поссоветом было открыто Лианозовское кладбище и несмотря на бурные протесты  членов ДСК, дорогу туда проложили по ул. Молокова, которую для этих целей заасфальтировали  и установили дорожные знаки, ограничивающие скорость. (Интересно, когда и кому они помешали и кто их снял?)

В 1960г. Лианозово вместе с посёлком Ларино вошёл в состав большой Москвы   и  по посёлку прокатилась первая (увы! не последняя) волна паники: «снесут или не снесут?» Этот гамлетовский вопрос вот уже 50 лет терзает жителей Ларина, и дамоклов меч решения властей  периодически   нависает вот уже над третьим  поколением. Тогда для паники оснований было явно больше: в связи со строительством окружной дороги часть земель забрали  и ряд домов снесли. Подвергшиеся сносу переехали в другие дома на другие участки.

С 1960г. Москва ежегодно проводила День цветов и ДСК всегда принимал в нем участие.  В 1960г. ДСК собрал 1500 цветов (141) букет, в 1961г. – 1800 цветов (181) букет,  за что получил благодарность от МЖУ, которую передали взрослым цветоводам и многочисленным детям, принявшим участие в этом  мероприятии. МЖУ издало даже специальный приказ с рекомендациями по дальнейшему развитию цветоводства в ДСК им. Ларина.

К этому времени на индивидуальных участках членов ДСК было более 2000 плодовых деревьев. Кстати,  на все зеленые насаждения на участках были

составлены сметы в бухгалтерии, и  эти стоимости учитывались при определении размера  паенакопления.

Самым главным сектором в правлении был, конечно, строительный. Члены ДСК должны были оформлять произведенное ими строительство и ремонт дач, с тем чтобы ДСК взял себе на баланс произведенные затраты и оформил через МЖУ соответствующую техническую документацию, сметы и проекты Эти суммы зачислялись в паенакопления до осуществления полного выкупа.

дачи.

Но были такие  члены  ДСК, которые  упорно бойкотировали этот порядок и не проводили затрат по ремонту, несмотря на усиливающее разрушение домов.

Очевидно, планировали выкуп по остаточной стоимости. У некоторых сооружений балансовая стоимость исчислялась несколькими десятками рублей, а у некоторых равнялась нулю, о чём грустно сообщал протокол, сетуя  на недопустимое отношение к кооперативной собственности.

А вот любое самостоятельное строительство пресекалось.  Из протоколов видно, что серьёзными нарушениями считалось утепление веранды,  возведение печки и особо тяжким  преступлением – строительство фанерного гаража. Постройки заставляли снести, особо упрямых штрафовала служба районного архитектора.

При социализме любой индивидуализм  душился на корню, всё было общее – даже  нечистоты . Члены ДСК справляли нужду в так называемых общественных уборных, организация очистки которых тоже входила в обязанность правления. Индивидуальную будку «удобства во дворе» разрешили ставить на участках только в 60-е годы.

Члены ДСК платили следующие взносы:

1.     эксплуатационные сборы (за сараи и кухни брали дополнительно)

2.     налоги и страховка

3.     электричество

4.     вода

Все целевые сборы назывались самообложением, и, судя по документам, члены ДСК  «самообкладывались» регулярно.

За вступление в «большую Москву» кооперативу подняли эксплуатационные расходы на 1 коп. с кв.м.  Но не всегда плата поднималась. Были случаи, когда правлению ДСК удавалось понижать сборы.

С началом массовой застройки Лианозова снова поползли слухи о ликвидации ДСК. Маятник качался то вправо, то влево. В 1968г. на общем собрании выступил начальник главы управления по отводу земельных территорий г. Москвы и заверил собравшихся, что ликвидации посёлка не будет и никаких планов на строительство на ближайшие 5-7 лет не предвидится. Однако  уже в 1972г. на собрании  была записана следующая резолюция : «Иметь в центре внимания вероятность ликвидации посёлка, организованно хлопотать о выделении участка для переселения посёлка с целью сохранения кооператива». В 1973г. посёлок посетил главный архитектор Москвы  тов. Посохин вместе с представителями Общества по охране природы. Массовость зеленых насаждений (труды по озеленению не прошли даром) впечатлила приезжих , и было принято решение оставить посёлок Ларино как примыкающий к Лианозовскому парку и Алтуфьевским прудам в качестве  зоны отдыха трудящихся.

 

Яндекс.Погода